olgaberek
Коллеги, сегодня я говорила не о цифрах вообще — а о цифрах, которые бьют по нашему делу. Стратегия умирает там, где нет живого контакта. И наш главный актив, который мы, как Ассоциация, должны защитить это человеческое лицо коммуникаций.
⠀
Что делает бизнес, когда создает стратегию? Он оперирует позиционированием, УТП.
Блогер переводит этот сухой остаток на язык человеческих эмоций. Мы внедряем бренд в контекст сегодняшнего дня, в текущий момент.
⠀
Я радуюсь, что уже есть бренды, которые доверяют блогерам буквально говорить от своего имени, делают день блогера в своем канале, меняют вместе правила игры. Но пока основной бизнес боится, предпочитает контроль и диктует блогерам каждое слово в рекламе, глобально сдвига не будет.
⠀
Во-вторых, мы с вами видим тренд, который нельзя игнорировать. Блогеры сегодня, это лидеры малых групп с колоссальной внутренней энергией. Рост брендов строится не на охватах, а на глубине идентичности.
⠀
Мы видим запрос на новую философию, на экологию души, на городской туризм, на локальность.
Бренду нужны последователи, а блогеры создают среду, где покупка становится продолжением мировоззрения.
⠀
Надо понимать, что блогер запускает волну пользовательского контента, где каждый подписчик транслирует идентичность бренда через себя. Это многократное усиление, которое не купить медийной рекламой.
⠀
Но сейчас мы уперлись в стену, которая мешает этому развитию.
⠀
Мы, как Ассоциация пригласили людей в MAX (почему как и зачем уже обсуждали много раз 🥺) Мы нарастили базу. И что мы получили? Нам запретили любые коммуникации в этом канале.
⠀
Мы не можем делать рассылки через ботов, нам закрыли самую точечную и адресную коммуникацию с аудиторией. В MAX такие рассылки просто блокируют. Мы не можем говорить с аудиторией, которую мы привели. Нас вынуждают возвращаться в Telegram, но это нарушение закона. Мы в тупике.
⠀
Нам мешает правовая неопределенность: что считать «массовой рассылкой», а что — адресной заботой о клиенте, который дал согласие на получение информации.
⠀
Мы просим одно: дайте нам возможность работать там, куда нас так звали. Или не отправляйте туда, где мы не можем работать.